Управление производством

Два капитана

Современная высшая школа менеджеров едва ли не как научную сенсацию преподносит истину о том, что в сегодняшнем обществе знаний самый главный и самый ценный ресурс любой корпорации – это люди, специалисты с их интеллектуальным и профессиональным потенциалом.
11 апреля 2012

В те годы, когда создавался, становился на крыло завод, из которого выросла сегодняшняя Корпорация «Тактическое ракетное вооружение», об обществе знаний рассуждали только фантасты. Но вот «великое научное открытие» о приоритетной роли кадров в любом деле для тех, кто стоял у истоков завода, кто вывел его в лидеры мирового ракетостроения, было никаким не открытием, а само собой разумеющимся правилом, которому они неукоснительно следовали. Да и могло ли быть иначе, если и сами они были из когорты тех, кто всей своей жизнью опровергает расхожее утверждение о том, что незаменимых нет. Конечно, есть смена – соратники, ученики, продолжатели дела, которые вывели его на новые уровни и в чем-то наверняка превзошли учителей. Но всем им пришлось преодолевать планку подлинного профессионализма, установленную именно тогда и именно теми, уже легендарными сегодня, людьми.

…Их имена часто стоят рядом: в официальной заводской документации, в многочисленных материалах об истории предприятия, в опубликованных воспоминаниях ветеранов производства. Михаил Петрович Аржаков и Михаил Ильич Муромцев. Первый директор завода №455, в 1966 году переименованного в Калининградский машиностроительный завод (КМЗ), возглавлявший его без малого четверть века, и главный инженер этого предприятия, заступивший на должность через год после прихода на завод Аржакова и тоже отдавший заводу всю свою трудовую жизнь. Два крестьянских парня из Подмосковья, почти ровесники – Аржаков старше на два года. Два самородка, коими всегда была столь богата Россия. Два высококлассных специалиста и талантливых руководителя, чьи заслуги перед страной отмечены высокими государственными наградами. И – да не сочтется это банальностью – оба были удостоены главной награды: искренней благодарности и признательности взращенного ими коллектива, которым они так гордились и для которого столь много сделали. Их имена часто стоят рядом; последуем и мы этой традиции, объединив наш рассказ о них в одном общем материале.

М.П. АРЖАКОВ: ЭФФЕКТИВНЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ И ШЕСТЬ ВЫГОВОРОВ

– …А Сергей Павлович Королев говорил так: за одного аржаковского я, мол, отдам пять своих работников! – рассказывала ветеран Калининградского машиностроительного завода Антонина Григорьевна Белышева. – Вот какой завод и какой коллектив создал наш директор Михаил Петрович Аржаков!

Да-да, речь шла о «том самом» Королеве – выдающемся ученом и организаторе, с чьим именем связаны самые значительные достижения нашей страны в области создания ракетной техники и освоения космического пространства. Причем эту фразу Антонина Григорьевна вполне могла слышать и из первых уст – Сергей Павлович был частым гостем на КМЗ и вместе с директором завода М.П. Аржаковым не раз бывал в его цехах. Как рассказала А.Г. Белышева, однажды работники сборочного цеха, в котором она тогда трудилась, стали свидетелями их разговора, в ходе которого С.П. Королев, видно, уже не впервые повел речь о том, как бы он хотел, чтобы Аржаков перешел на работу в его организацию, сегодня известную как корпорация «Энергия».

– А наш директор отшутился: Сергей Павлович, я все понимаю, но и ты меня пойми – уж лучше быть первым на деревне, чем последним – в городе! Михаил Петрович был убежденным патриотом своего завода!

…Родился М.П. Аржаков 14 сентября 1903 года в селе Борисово (ныне – Можайского района Московской области), в бедной крестьянской семье. Он был младшим из трех сыновей. Когда Мише исполнилось два года, умер его отец. Мать была вынуждена уехать в Москву на заработки, а детей оставить бездетной сестре. Шура – так называли ее все односельчане заменила Мише мать, и он через всю жизнь пронес благодарность к ней. Когда пришла пора заводить семью, поклялся первенца обязательно назвать в честь Александры, благо имя универсальное, подойдет и мальчику, и девочке. И старшую дочь действительно назвал Шурочкой.

Начальную школу Михаил окончил в родном селе. Подростком приехал в Москву, поступил в ФЗУ. В 1926 году Михаила Аржакова призвали в армию. После службы он был направлен на работу на завод «Союз-Золото» литейщиком. На этом предприятии переплавляли церковную утварь из золота и серебра.

Тогда и встретил он свою любовь на всю жизнь – Любочку, Любовь Павловну. И уже вскоре стал семейным человеком.

Без отрыва от производства Аржаков закончил вечернее отделение рабфака и поступил на учебу в Институт цветных металлов и золота.

Первым местом работы молодого специалиста стал московский завод №34 – радиаторный завод, который обеспечивал теплообменниками все изготавливаемые в СССР самолеты. На этом заводе он прошел путь от инженера до директора предприятия. Однако его карьера могла трагически прерваться уже в самом начале. В 1933-1934 годах в составе группы советских специалистов Михаил Аржаков проходил полугодовую стажировку на американской фирме Wright Company (в настоящее время Curtiss-Wright Corporation), затем изучал передовой опыт производства радиаторов в загранкомандировке в Германии. В те переломные-перемельные времена такого факта биографии было вполне достаточно как для карьерного взлета, так и, увы, для расстрельного приговора. Вот и все товарищи Михаила по этим командировкам впоследствии были арестованы. Аржаков чудом избежал этой участи.

В 1940 году за успехи в выпуске авиационной техники Михаил Петрович Аржаков был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

А потом была Великая Отечественная. В первые месяцы войны, когда фашисты бомбили Москву, досталось и заводу. В октябре выходит приказ Наркомата авиапромышленности о демонтаже оборудования и эвакуации 34-го в г. Троицк Челябинской области. В ноябре 1941 г. первый эшелон с заводским оборудованием и людьми прибыл в Троицк. Начиная работать в суровейших условиях зимы 1941-го, в неприспособленных для производства помещениях пивоваренного завода, в конюшнях и клиниках ветинститута, москвичи уже 5 декабря отправили на Пермский авиационный завод 43 радиатора!

В эвакуации Михаилу Петровичу Аржакову доверили руководить заводом, и он блестяще с этой работой справился. Уже в 1-м полугодии 1942 г. предприятие выпустило 6833 масляных радиатора для фронтовой авиации. В 1943 году самоотверженный труд М.П. Аржакова был отмечен вторым орденом Трудового Красного Знамени, а в 1945 году директор завода №34 был награжден орденом Отечественной войны I степени.

В мае 1950 года, после окончания Академии авиационной промышленности СССР, Аржаков был направлен в Болшево (ныне – в черте города Королева Московской области) на завод №455. Начинать свою деятельность ему пришлось с огромной восстановительной работы: был восстановлен корпус 16, где располагались цех №4, отдел главного технолога (ОГТ), отдел главного металлурга (ОГМет), а также инструментальный отдел. Кроме этого была создана рентгеновская лаборатория ОГМет, реконструирован участок сборки узлов цеха №15. Тогда же, в конце 1950 года, Аржаков принимает решение о создании серийного производства товаров народного потребления. До этого момента на заводе небольшими партиями производилась металлическая посуда и другие изделия из металла. К 1953 году был разработан и запущен в серию чайно-кофейный сервиз, впоследствии удостоившийся Государственного знака качества. Впоследствии цех товаров народного потребления выпускал также гладильные машины, бытовые обогреватели, теннисные и бадминтонные ракетки, электродвигатели, замки повышенной надежности и многое другое.

Вот как описывается этот период в официальном источнике: «В 1953-1955 годах продолжалось расширение завода, а также его социальной инфраструктуры. Был создан цех окончательной сборки, образована контрольно-испытательная станция (КИС). К 1955 году, после выполнения заказа на изготовление турельных установок с автоматическим наведением для бомбардировщиков Мясищева, предприятие становится одним из основных поставщиков вооружений для авиации».

Под «социальной инфраструктурой» в данном случае подразумевался целый жилой микрорайон, построенный заводом в восточной части города. Ведь поначалу жилья у рабочих не было. Многие ездили на работу из Москвы. В городе был всего один многоэтажный дом, который прозвали Чикаго. Основная же тогдашняя застройка – развалюхи-двухэтажки, в которые в те времена даже электричество подавалось по графику, на несколько часов в день. На их месте и выросли кварталы новых домов для заводчан, были также построены больница, детские сады.

Вообще, тому, что в советские времена называлось «объектами соцкультбыта», директор Аржаков уделял не меньшее внимание, чем производственным вопросам, справедливо полагая, что люди, выпускающие уникальную продукцию, должны жить в комфортных домах, иметь все условия для полноценного отдыха, а у их детей должны быть все условия для гармоничного развития. Он сам отбирал проект для заводского профилактория, сам подбирал место для заводских пионерских лагерей в Анапе и Подмосковье. И был момент, когда известный «закон» о наказуемости инициативы сработал и в отношении него. Аржаков, как повелось, самолично отбирал проект заводского ДК, в итоге в тогдашнем Костине выросло величественное здание с колоннами, которым и сегодня гордятся горожане. Но это был тот период, когда официальные власти вышли на очередной виток борьбы с «буржуазностью», к коей они относили и «архитектурные излишества» в виде тех же колонн. Таким образом, для Аржакова его выбор обернулся выговором, который тот воспринял как нечто само собой разумеющееся. Он тогда даже сказал: «Я горжусь этим выговором» – дело-то было сделано! Дело – для людей, которых он так ценил и которые платили ему уважением и доверием.

К слову, всего у Аржакова было шесть выговоров – министерских, а также от ЦК КРСС и от Московского горкома партии. И все – за то, что, стараясь сделать для своего завода и его работников как можно больше и как можно быстрее, порой пренебрегал формальной стороной дела, бюрократическими требованиями, беря на себя всю полноту ответственности за принимаемые решения. Один из таких примеров приведен в книге «Шесть десятилетий истории» (авторы – Г.С. Павлова, В.В. Остапенко, С.М.Виноградов), в разделе, где ветераны производства делятся воспоминаниями о своем заводе. Вот что рассказал Иван Павлович Шекулов, проработавший на заводе 53 года: «С фундамента я начал строить 12-й цех. За этой стройкой я следил до самой крыши. Это была ударная стройка – цех был выстроен в течение года. Перед завершением строительства к нам нагрянула комиссия министерства. Какой-то «доброжелатель» направил в МАП письмо. Комиссия приезжала разбираться, зачем и на какие средства был построен цех. За это Михаил Петрович получил выговор, так как строительство не было согласовано с вышестоящей организацией. М.П. Аржаков спокойно отреагировал на выговор, понимая, что через год выговор с него снимут, а цех останется на заводе и будет выпускать необходимую продукцию».

Гораздо больше директора Аржакова заботил профессиональный потенциал коллектива предприятия. Когда Михаил Петрович пришел на завод, только три его работника имели высшее образование. А уже с 1956 года предприятие начало серийное производство первой советской управляемой ракеты класса «воздух-воздух» РС-1-У, а затем ракет и других классов. Понятно, что новая продукция требовала привлечения квалифицированных специалистов. Коллектив завода пополнялся выпускниками Днепропетровского государственного университета и авиационных институтов. Но Аржаков старался растить квалифицированные кадры и из заводской молодежи. При заводе был открыт вечерний авиационный техникум, в 1959 году на базе предприятия был создан филиал Всесоюзного заочного политехнического института. Назначая специалиста на должность мастера, начальника цеха или отдела, Михаил Петрович старался его учить, помогал советом.

Как рассказывал И.П. Шекулов, «они (руководство завода. – С.Б.) очень серьезно относились к подбору кадров. Например, в момент назначения меня на должность начальника цеха сам директор проводил со мной собеседование, интересовался, кто я такой, что знаю и умею. Подобным образом назначался каждый мастер». Эту тему развивает в своих воспоминаниях в упомянутой здесь книге «Шесть десятилетий истории» А.Г. Белышева: «В достижениях сборочного цеха всегда ощущалось руководство директора завода Михаила Петровича Аржакова, который знал по именам всех рабочих, заботился о людях. Мы это чувствовали и платили ему беззаветной преданностью». И далее: «Итоги соцсоревнования подводились ежедневно, они объявлялись по заводскому радио, победителям рассылались поздравления. По итогам месяца коллективы-победители премировались. Во всесоюзном соревновании коллектив завода многократно занимал классные места и был одним из лучших предприятий главка и Министерства авиационной промышленности. Кроме того, мы соревновались с заводами: Киевским им. Артема, Дубнинским и Жуковским машиностроительными. Это соревнование способствовало обмену опытом, внедрению новых форм работы, передовых технологий. Инициатором этого соревнования стал М.П. Аржаков. Он всегда приветствовал то, что способствовало успехам завода. Коллектив руководителей завода работал слаженно, решая общие задачи. Было законом не уходить с завода, если не выполнил задание. Каждый руководитель на своем месте был ответственен за общее дело. Запомнились мне заводские оперативные совещания, которые были движущей силой производства, где были представлены все службы, включая руководителей Дворца культуры и фабрики-кухни. Здесь ставились конкретные вопросы, существовала взаимовыручка среди руководителей подразделений. Ежемесячно проводились на заводе дни дисциплины, техники безопасности, качества. По итогам месяца проходили расширенные совещания руководителей подразделений с приглашением парторгов, председателей профкомов, комсоргов (четырехугольников цехов и служб)».

– Надо так понимать, – спросила я в ходе работы над этой статьей у Антонины Григорьевны, – что Михаил Петрович Аржаков был требовательным руководителем и весьма жестким человеком? Да и мог ли в то время стиль руководства таким предприятием быть не авторитарным?

– Требовательным – да, безусловно, но ни в коем случае наш Михаил Петрович не был жестким по отношению к работникам, – запротестовала А.Г. Белышева. – Директор приезжал на завод раньше всех, нередко он вставал у проходной просто для того, чтобы поздороваться с идущими на работу людьми – рядовыми рабочими, инженерами, мастерами. Аржаков практически всех работников знал по имени и отчеству. Утро у него начиналось с обхода всех цехов, и к началу ежедневной оперативки он уже был в деталях осведомлен о ситуации в каждом цехе, о возникших проблемах. Разбираясь в проблемных ситуациях, он никогда никому не устраивал разносов. Но умел поговорить с провинившимся так, что человек уходил от него с желанием исправить ошибку и работать лучше. И в результате вокруг Аржакова сплотилась команда высококлассных специалистов – инженеров, конструкторов, управленцев, на каждого из которых он смело мог положиться. Он помногу с ними советовался. Михаил Петрович имел подход к людям – с ним охотно делились идеями, предложениями. Много и охотно хвалил, возникающее напряжение умел разрядить шуткой. И между подразделениями завода не было соперничества и перетягивания одеяла на себя: если вдруг случался форс-мажор, когда какому-то из цехов приходилось брать на себя дополнительный объем работы, чтобы чуть-чуть разгрузить соседний, у которого случилась запарка, это делалось без конфликтов и взаимных претензий.

Сегодня это назвали бы эффективным менеджментом, формированием корпоративной культуры. А тогда заводчане, не задумываясь о мудреных формулировках, просто любили своего директора. И шли вместе с ним по пути развития родного предприятия, освоения все новых видов высокотехнологичной продукции. За десять лет – с 1960 по 1969 год – завод значительно расширился, активно внедрялись новые методы и самые передовые технологии. Были построены учебный корпус, цех пластмасс, создана химико-технологическая лаборатория, закончилась реконструкция литейного цеха. Во многом благодаря настойчивости директора Аржакова, убеждавшего руководство Минавиапрома в том, что увеличивающийся объем работ по созданию управляемых ракет требует качественного расширения конструкторской базы, в мае 1957 года на базе серийного конструкторского отдела завода №455 было образовано конструкторское бюро. Год спустя руководители завода и КБ во главе с Михаилом Аржаковым инициировали строительство собственного испытательного центра.

Эффективному руководству Михаила Петровича Аржакова завод во многом обязан получением в 1970 году Флага трудовой славы, а в 1972 году – звания «Предприятие высокой культуры производства». До награждения завода в 1981 году орденом Трудового Красного Знамени Аржаков не дожил. Сам он, помимо трех орденов, полученных в довоенные и военные годы, был награжден орденами Ленина, Красной Звезды и Октябрьской Революции, в 1973 году М.П. Аржаков был удостоен Государственной Премии СССР («За создание ракеты Р-40»).

М.И. МУРОМЦЕВ: ЕГО ШКОЛУ ПРОШЛИ СОТНИ СПЕЦИАЛИСТОВ

Обратимся снова к уже неоднократно процитированной здесь книге «Шесть десятилетий истории». В воспоминаниях А.Г. Белышевой читаем: «Прекрасным дополнением директора был главный инженер завода Михаил Ильич Муромцев. Он также отлично знал производство, любил людей, жил жизнью завода, в цехах бывал ежедневно, много уделял внимания конструкторам, всех их знал по способностям, в обращении был прост. Приветствовал все новое. Его любили».

Примерно так же отзываются в своих воспоминаниях о главном инженере и другие заводчане-ветераны. И, рассказывая о каждой вехе развития предприятия, о запуске в производство новой ракеты, о строительстве нового цеха, всегда называют фамилии двух людей – Аржакова и Муромцева – инициаторов, генераторов идей, организаторов, даже не пытаясь, за очевидной невозможностью, выделить отдельно личный вклад каждого из них в очередное начинание. «Они понимали и уважали друг друга – это были люди одной обоймы, – написала в своих воспоминаниях о Муромцеве ветеран завода Нелли Викторовна Панова. – Именно они заложили основу Корпорации «Тактическое ракетное вооружение».

Начало биографии у будущих директора и главного инженера завода №34 было очень схожим. Михаил Ильич Муромцев родился 21 октября 1905 года в деревне Игнатьево Рузского р-на Московской области в семье крестьянина. В анкете он сам написал: «Русский, из крестьян, член КПСС с октября 1925 года, образование высшее – МАИ им.

С. Орджоникидзе в 1940 году». Свой трудовой путь Михаил начал в 1921 году учеником фрезеровщика на заводе «Гном и Ром» в Москве. В 1925 году закончил школу ФЗУ при московских производствах «Икар», «Мотор», получил специальность слесаря 7-го разряда. В том же году он поступил в Индустриально-инструкторский техникум ВСНХ СССР, закончив его в 1929 году. Много позже, будучи главным инженером завода №34, он рассказывал молодым заводчанам о том, как в 20-х годах ему неоднократно доводилось слушать выступления А.В. Луначарского, М.И. Калинина, Серго Орджоникидзе на собраниях молодых специалистов в здании Политехнического музея.

По окончании техникума молодой специалист работал на заводе НКАП на различных должностях: контролером по испытаниям, начальником отдела рационализации, помощником начальника цеха, заместителем начальника цеха, начальником цеха, начальником производства. И, как и у М.П. Аржакова, был у Муромцева на этом отрезке биографии момент, когда он мог оказаться «под статьей»: будучи начальником цеха, он не раз встречался и решал вопросы с заместителем наркома обороны М. Тухачевским, а когда того арестовали, эти контакты могли выйти молодому инженеру боком. К счастью, все обошлось.

В 1940 году Муромцев оканчивает Московский авиационный институт им. С. Орджоникидзе по специальности инженера-технолога по вооружению самолетов. Далее с 1940 по 1944 год Михаил Ильич – главный инженер Московского завода 34 Наркомавиапрома. В 1941 году этот завод эвакуируется в город Троицк Челябинской области. Именно там, на этом заводе, впервые пересеклись пути М.И. Муромцева и М.П. Аржакова. Они трудились бок о бок, приближая Победу, обеспечивая выпуск боевой техники высокого качества для фронта. С 1945 по 1951 год Муромцев – директор завода 454 Минавиапрома в городе Куйбышеве (Самаре).

За успешное выполнение правительственных заданий по обеспечению фронта боевой авиационной техникой М.И. Муромцев был в 1943 году награжден орденом «Знак Почета», в 1944 году – орденом Красной Звезды и медалями «За оборону Москвы» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.».

Но не менее ценной наградой были для Михаила Ильича многочисленные добрые письма, поздравительные телеграммы, фотографии, которые он получал до конца жизни от благодарных работников заводов Троицка и Куйбышева, где его помнили многие годы как руководителя от бога – высокопрофессионального, дальновидного и заботливого.

В декабре 1951 года приказом Министерства авиационной промышленности М.И. Муромцев назначен главным инженером и 1-м заместителем директора завода 455 МАП – Калининградского машиностроительного завода. Заводчане по сей день помнят его как человека талантливого, трудолюбивого и глубоко преданного своему делу. Муромцев всегда был устремлен к познанию всего нового в технике и внедрению этого нового в производство.

Вот как описывается его деятельность на этом поприще в одном из официальных документов: «…тов. Муромцев зарекомендовал себя инициативным организатором производства. С переходом завода в 1950-х годах на выпуск изделий нового профиля, потребовавшим коренной реконструкции производства, энергохозяйства, расширения производственных площадей и строительства новых современных цехов, оснащенных высокоточным оборудованием, аппаратурой, агрегатами и приборами, тов. Муромцев уделял исключительно большое внимание инженерному руководству и перспективному развитию завода. …Как главный инженер, он постоянно проявлял личную заботу и внимание правильному подбору, воспитанию и расстановке руководящих и инженерно-технических кадров, повышению их квалификации. В результате коллектив завода успешно решал самые сложные задачи по постоянному укреплению оборонной мощи страны».

О профессиональном уровне главного инженера Муромцева свидетельствует и то, что он много раз напрямую и на равных общался с генеральными конструкторами

А.Н. Туполевым, А.С. Яковлевым, А.И. Микояном, не говоря уже о совместной работе с главными конструкторами-разработчиками изделий, выпускаемых КМЗ.

В 1959 году Муромцев на два месяца был командирован в Китай с целью оказания технической помощи китайским специалистам. Зарубежные командировки отечественных специалистов, да еще «засекреченных», в те годы были редкостью, а если уж направляли делиться опытом, то, конечно, «самых-самых» – высококлассных профи и стойких патриотов. Муромцев, по общим оценкам, блестяще справился с поставленной задачей.

Но сам Михаил Ильич Муромцев, инженер и руководитель, одной из главных своих задач считал, конечно, пестование талантливых инженерных и управленческих кадров на родном предприятии. Школу Муромцева прошли сотни молодых специалистов. В их числе уже упомянутая здесь Нелли Викторовна Панова, выросшая на заводе до начальника бюро эксплуатационно-технической документации отд. 122 СКБ. Обратимся к ее воспоминаниям:

«О Михаиле Ильиче Муромцеве я вспоминаю всегда с большой теплотой, радостью и благодарностью. С первой беседы в мае 1959 года, когда Михаил Ильич, подробно выяснив мои проблемы и желания, со словами «не робей» направил меня в КБ, я поняла, что это тот человек, к которому можно подойти и с бедой, и с радостью. …В костинском клубе «Искра» был открыт Народный университет культуры. В совет университета вошли заводчане различных возрастов и профессий, все неравнодушные к культурной жизни страны, ее достижениям в науке и технике. Заведующим кафедрой науки и техники был избран М.И. Муромцев, его помощниками были инженер-конструктор КБ В.Г. Кобецкой и я. Михаил Ильич ничего не делал формально. Вот и работа молодых специалистов завода в совете университета культуры была отмечена, конечно, по инициативе Михаила Ильича, благодарностью с занесением в наши трудовые книжки.

Позднее, уже 1961 году, когда я стала работать с серийными изделиями, очень часто мой рабочий день начинался со встреч с Михаилом Ильичем в сборочном цехе, на контрольно-испытательной станции, на участках сборки. Ему всегда все были рады. Чувствовалось, что рабочие уважают его, ценят его внимание и участие. Он мог и спросить строго с нерадивого начальника, и пошутить при располагающих обстоятельствах.

Начиная с 1963 года мне приходилось часто присутствовать на заводских технических совещаниях по вопросам качества серийных изделий у главного инженера. Всегда подтянутый, немногословный, Михаил Ильич умел заставить работать очень активно всех участников таких совещаний, включая представителей смежных предприятий. Всегда доброжелательный к кадровым специалистам завода и внимательный к заказчику и смежникам, Михаил Ильич никогда не отходил от поставленной задачи совещания и, как правило, добивался ее решения. На таких совещаниях я училась работать серьезно и ответственно. Михаил Ильич часто брал меня с собой в рабочие командировки в Министерство авиационной промышленности, к разработчикам серийных изделий. Он знакомил меня с ведущими специалистами этих предприятий, никогда не поучал, но по его виду я всегда чувствовала: «Учись, впитывай, делай, как я». И я училась. Это была самая настоящая, такая необходимая, трудная, но интересная учеба. В институте мне не дали таких знаний, а Михаил Ильич вооружал меня практически методикой работы и терпением, научил доброжелательному отношению к оппоненту. Знания всех специалистов КБ регулярно проверялись на довольно частых аттестационных комиссиях завода, которые, как правило, возглавлял главный инженер завода. И так до самого 1974 года, пока работал на заводе М.И. Муромцев, я чувствовала его живой интерес к моим производственным успехам, общественной работе и просто к моей судьбе.

Помню его участие в конференциях по качеству серийных изделий, когда собиралось множество смежников, – наш главный инженер всегда был на высоте. Невозможно забыть и трудных ситуаций при отказах на контрольных испытаниях сложной серийной техники, когда крупные ведущие специалисты смежников совместно с нашими специалистами и заказчиками до полуночи, а иногда и позднее, в кабинете главного инженера, конечно, при его непосредственном участии, находили правильные технические решения по усовершенствованию, улучшению конструкций комплектующих изделий.

В 1966 году Михаил Ильич награжден орденом Трудового Красного Знамени. Это еще раз подтверждает: на этого человека надо равняться!».

И далее: «Я знала, что рабочие на заводе считали его «мировым мужиком» и что ему любое дело по плечу, а о том, что он сам очень скромен, что не терпит вранья и двуличных людей, знала сама. Все заводчане знали и уважали Михаила Ильича, ведь и он почти всех знал по именам и фамилиям, к нему шли люди со всеми своими проблемами и бедами. Уважали и ценили его за требовательность, доброту, за строгость, заботу. Люди радовались любому общению с ним, особенно когда он бывал непосредственно в цехах, отделах, выходил вместе со всеми на субботники. Люди, трудившиеся рядом с Михаилом Ильичом, по сей день вспоминают его с благодарностью».

После ухода на пенсию Михаил Ильич продолжал жить успехами и неудачами завода, он не пропустил ни одного партийного собрания завода, бывал на заводских субботниках, встречался с молодежью.

Шестого апреля 1988 года его не стало. На похоронах было море людей, многие плакали, не стесняясь… «И когда мне довелось собирать подписи кадровых работников предприятия под обращением ветеранов труда нашего завода об увековечении памяти М.И. Муромцева, – вспоминает Н. В. Панова, – то все бывшие заводчане поставили под обращением свои подписи». Решением Совета депутатов города Королева от 21 июля 2004 года бывшему главному инженеру предприятия М.И. Муромцеву было присвоено звание «Почетный гражданин города Королева» – посмертно.

P.S.

Вспоминаются строки из В.В. Маяковского, современниками которого были герои нашей публикации: «Сочтемся славой, мы свои же люди!/Пускай нам общим памятником будет/ Построенный в боях социализм!» Михаил Петрович Аржаков и Михаил Ильич Муромцев почти четверть века стояли рядом у руля завода, и при этом «два капитана» несли общую вахту на мостике, не думая о славе, не меряясь наградами и заслугами. А вот «своими людьми» они действительно были – и друг для друга, и для всех заводчан. И общим памятником для них стал построенный в великих боях и в великих трудах их завод №455. Калининградский машиностроительный. Знаменитая на весь мир Корпорация «Тактическое ракетное вооружение».

А закончить наш рассказ хочется строками из воспоминаний ветерана завода И.П. Шекулова: «За 53-летний стаж работы я не встречал руководителей, подобных М.П. Аржакову и

М.И. Муромцеву. Это были мудрые руководители, смотрящие не на день вперед, а на большую перспективу».