Промышленная политика

Дешевые деньги – для форсированной модернизации

В августе прошлого года Правительство РФ утвердило распоряжение о создании Фонда развития промышленности для выдачи займов на этапе предбанковского финансирования предприятий. Фонд создан на базе уже существующего Фонда технологического развития. Основная задача ФРП – финансирование проектов по импортозамещению, а также техническому перевооружению производственных компаний, их переводу на более современные и экологичные технологии и оборудование. Суммарный объем фонда – 20 млрд рублей. В настоящий момент фонд формирует портфель проектов – получателей льготных займов. Собеседник «Умпро» – и.о. директора Фонда развития промышленности Евгений Торкановский.
23 марта 2015

и.о. директора Фонда развития промышленности Евгений Торкановский

– Представляя фонд в Госдуме в мае прошлого года, глава Минпромторга Денис Мантуров сообщил, что, как предполагается, ФРП будет предоставлять кредиты под 5% годовых на перевооружение компаний станкостроения, авиационной и автомобильной промышленности. Но за последующие месяцы ситуация в российском кредитно-финансовом секторе значительно изменилась. Сможет ли теперь фонд позволить себе раздавать столь дешевые деньги?

– Повышение доступности займов для технологической модернизации и создания новых производств, увеличивающих интеллектуальную составляющую отечественной промышленности, – наша ключевая задача, фонд для того и задумывался. И на первых этапах его создания 5-процентная ставка не казалась такой уж фантастической. Сейчас, конечно, ситуация изменилась, и при этом актуализировалась потребность в эффективном механизме стимулирования процессов модернизации российских промпредприятий и производства ими конкурентоспособной продукции, обеспечивающей ускоренное импортозамещение. Мы предоставляем целевые займы на пять – семь лет по ставке пять процентов годовых: процентная ставка определяется наблюдательным советом ФРП. Это, согласитесь, эффективный механизм поддержки.

При этом надо иметь в виду, что через фонд осуществляется финансирование компаний на предбанковской стадии, то есть до того, как они обратятся в банк за кредитом с готовым инвестиционным проектом. Который, как известно, требует большого объема прединвестиционной подготовки. Это и НИОКР, и подготовка проектной документации и технического обоснования по проектам промышленного перевооружения. Именно эти работы мы и финансируем.

– Как известно, фонд начинал свою деятельность не с чистого листа, за плечами ваших специалистов – опыт работы в его предыдущей ипостаси – Российском фонде технологического развития. Что для вас теперь изменилось, кроме вывески?

– Изменения на самом деле произошли кардинальные. Я бы сказал, что нам сейчас предстоит осуществить своего рода переход от кустарного производства к промышленному. То есть к промышленной выдаче займов. Если раньше РФТР выдавал в среднем по четыре займа в год по конкурсу, то сейчас работа по рассмотрению заявок должна быть поставлена на поток – с оформлением по 10 – 15 займов в месяц. Понятно, что эта работа иного качественного уровня. При этом срок работы над каждой группой займов жестко ограничен: при наличии положительного заключения заемщику уже через месяц после рассмотрения заявки комиссией по предварительному отбору должны начать поступать деньги.

Изменилось и содержание нашей работы. Российский фонд технологического развития поддерживал НИОКР. Мы же сейчас сосредоточены преимущественно на поддержке опытно-конструкторских работ, являющихся более поздней стадией реализации проектов. Далее, увеличился размер займа. Если в РФТР он обычно составлял от 10 до 150 млн. рублей, то сейчас размеры займов колеблются от 50 до 700 миллионов рублей. То есть если соискатели займа создают что-то, что стоит, условно говоря, 300 миллионов или даже миллиард рублей, и просят заемные средства на проектно-сметную документацию, то понятно, что поскольку затраты на ПСД и составляют примерно 5 – 10% от общей суммы проекта, цифра займа для них тоже будет со многими нулями. В прежнем формате мы работали в том числе со стартапами, теперь мы не кредитуем пополнение оборотных средств, строительство и не выдаем займы стартапам. Потому что у нас другой мандат – ориентированный на поддержку состоявшихся высокотехнологичных производств, реализующих прорывные проекты. В то же время и старые проекты, «унаследованные» от РФТР, будут сохранены.

– Ключевой для потенциальных ваших заемщиков вопрос: как отбираются проекты, которым предоставляются кредиты?

– У нас четко отстроен процесс финансирования. Проекты поступают в фонд через сеть партнерских организаций, а также напрямую – через сайт. Практически любой предприниматель может зайти на наш сайт и заполнить там заявку на кредитование. Она будет обязательно рассмотрена. На первом этапе рассмотрения проверяем формальную сторону: все ли поля заявки корректно заполнены и т.д. Комиссия по предварительному отбору, состоящая из сотрудников фонда и представителей нашего научно-технического совета, определяет, подходят ли проекты в заявках нашим программам финансирования, соответствуют ли они тем критериям, которыми мы руководствуемся.

– С этого места, пожалуйста, поподробнее!

– Мы смотрим: есть ли в проекте научно-технический задел, обеспечивающий повышение интеллектуального содержания российского производства. К слову, у многих претендентов на кредитование, чьи заявки пришлось отклонить, этого не оказалось: они хотели бы просто закупить оборудование, приобрести за границей лицензию и спокойно производить рядовой продукт. Но при таких подходах мы вместо того, чтобы конкурировать с западным продуктом, получаем лицензию на его производство у себя, и в любой момент нашего производителя могут лишить этой лицензии, закрыть плановый ремонт либо вовсе отключить оборудование. Согласитесь, это совсем не вписывается в стратегию ускоренного импортозамещения. И это – совсем не наша тема.

Распределение поступивших заявок по отраслям промышленности

Еще одно наше требование, которому опять же не все соответствуют, – не менее 50% кредитных средств должно направляться на опытно-конструкторские работы. Мы также смотрим, насколько реальны перспективы коммерциализации проекта. И с этим у многих тоже проблемы: в заявках расписываются планы производства продуктов, которые вряд ли будут широко востребованы на рынке. А мы не можем финансировать производство единственного, пусть даже самого уникального станка, который будет использоваться несколько дней в году на одном российском заводе. Возможно, в подобных проектах и есть потенциал импортозамещения, но следует также понимать, что они практически не решают какие-то реальные отраслевые проблемы. И мы отказываем в финансировании таких проектов, поскольку не видим, за счет чего нам будут возвращены деньги. Нам ведь важно знать и о том, каковы будут источники финансирования серийного производства. А то ведь бывает, что и идея проекта замечательная, и рынок у задуманного продукта есть, но неясно, кто вслед за нами будет ее финансировать. А значит, неясен и конечный результат наших вложений.

В итоге по результатам первых отборов у нас отсеивается до 80% заявок. Из оставшихся 20% пять процентов переходят в категорию наших так называемых приоритетных проектов. Оставшиеся 15% – это те проекты, по которым у нас появились дополнительные вопросы, и в зависимости от полученных на них ответов проекты попадают либо в приоритеты, либо в отсев. Комиссия собирается регулярно, по мере того, как поступает более 30 заявок на кредитование. Обычно столько заявок к нам стекается за две, а то и за полторы недели. Минпромторг полностью доверяет нашей экспертизе, не ставит нам никаких рамок ни по отсеву, ни по набору заявок приоритетной категории, так что работаем мы достаточно свободно.

Отобранные в приоритетную группу заявки поступают на комплексную экспертизу. Она состоит из пяти экспертиз. Это правовая, финансово-экономическая экспертизы, которые мы делаем своими силами. А еще – научно-техническая, осуществляемая с привлечением экспертов от нашего научно-технического совета и ряда общественных организаций бизнеса и профессиональных ассоциаций, с которыми мы сотрудничаем. Далее – технологический аудит, когда ситуация обследуется на месте, где выясняется, имеются ли у соискателя займа необходимые мощности, оборудование. И, наконец, нормативно-техническая экспертиза, которую нам помогает делать Росстандарт. Это важнейший этап рассмотрения заявки: ведь не секрет, что зачастую те передовые продукты, которые намерены производить их податели, не могут быть сертифицированы. И нам важно это выяснить до того, как мы предоставим заемные средства.

Итоги научно-технической экспертизы рассматривает наш научно-технический совет. После чего экспертный совет фонда принимает окончательное решение о выдаче займа.

– Фонд предоставляет заемные средства на пять– семь лет. Какие сроки чаще предпочитают заемщики?

– Заявители, как правило, просят дать максимальный срок. Мы относимся к этим просьбам с пониманием, если проект хороший, его нужно поддержать, в том числе льготной ставкой или максимальным сроком возврата. Если займ дается на пять лет, то в течение первых трех лет по нему выплачиваются только проценты, а за последующие два года гасится уже сам кредит.

– Требуется ли обеспечение под ваши кредиты?

– Мы просим предоставлять нам так называемое мягкое обеспечение под кредит, хотя недвижимость тоже принимаем, но это твердое обеспечение, его предпочитают банкиры, а у нас все же другие подходы. А мягкое обеспечение – это товары в обороте или закупаемое на заемные средства оборудование. И, кстати, наше требование на этапе рассмотрения заявки проработанности вопроса о том, кто будет в дальнейшем финансировать реализацию проекта заказчика, кто будет дальнейшим инвестором серийного производства – это для нас тоже своего рода обеспечение. Плюс к тому мы просим соискателя займа представить договоры на поставку продукции – пусть даже предварительные. То есть дать подтверждение того, что планируемая к выпуску продукция действительно востребована рынком и что есть коммерциализация проекта. Ведь, повторюсь, наша задача – реально запустить производства, которые бы давали рынку продукцию, а персоналу компании – зарплату, причем в долгосрочной перспективе.

– В перечне критериев оценки соискателей вы не упомянули оценку качества менеджмента компании, параметров управления производственными процессами, а также – финансами, рисками, цепочками поставок и т.д. А ведь если компания управляется неэффективно, на производстве царит хаос, его душат запредельные издержки, то при том, что задуманный продукт может быть сколько угодно современным и конкурентоспособным,– понятно, что ожидаемого эффекта от реализации проекта не будет.

– Это серьезные вопросы, и, разумеется, нас они тоже интересуют. Но те проекты, которые прошли наше сито из пяти экспертиз, конечно, полностью соответствуют и по этим критериям. Потому что любое несоответствие в этой сфере выявит технологический аудит. И проект будет отклонен, только уже на более поздней стадии.

Надо отметить, что в основном наши заемщики представляют средний высокотехнологичный бизнес, уже имеющий свою историю успеха. Они уже преодолели многие болезни роста, наработали необходимый опыт разработки, внедрения в производство продукта и продвижения его на рынке. И тем не менее мы продолжаем работать над снижением операционных и управленческих рисков. Планируем внести требование к нашим заемщикам, чтобы в совете директоров их компаний состоял как минимум один независимый директор – это к вопросу о преодолении дальнейших болезней роста.

– Если заемщик планирует реализовывать проект запуска нового продукта с помощью инжиниринговой компании, он сможет получить средства на ее услуги?

– Конечно! Мы только приветствуем такое сотрудничество, смычку инжиниринга и производства. И в данном случае наши деньги, проходя черед несколько рук, работают как мультипликаторы экономического развития. Более того: наш фонд, помимо прочего, отвечает за реализацию совместной программы Минпромторга и Минобрнауки по развитию инжиниринговых центров.

– Предусмотрен ли дальнейший мониторинг реализации кредитуемых проектов?

– Разумеется! Наблюдение осуществляется по нескольким направлениям. Изначально с заемщиком заключается договор, согласно которому он обязуется выполнять работы по проекту по определенному плану-графику, выполнение которого контролируется. Кроме того, контролируется любое использование средств через банки, с которыми работает наш заемщик. И мы можем отслеживать, действительно ли средства расходуются целевым назначением. А если заемщик и предпримет попытку использовать кредитные средства не по назначению, банк их просто не перечислит. Наконец, у нас постоянно ведется мониторинг финансово-экономической ситуации у заемщика.

– А если, к примеру, в ходе реализации проекта сменится собственник компании, взявшей ваш кредит?

– У нас в договоре займа оговаривается, что в случае смены собственника займ может быть потребован к долгосрочному возврату. Но если новый собственник подтверждает свою готовность реализовывать проект на прежних условиях, то зачем что-то менять? Ведь мы заключаем договор не с собственником, как с физическим лицом, а с компанией.

– Фонд выдает кредиты сразу в полном объеме или несколькими траншами?

– По-разному, в зависимости от условий договора с конкретным заемщиком, составленного в зависимости от его потребностей.

– ФРП работает только с российскими компаниями или и с СП тоже?

– Нам поставлена задача работать с российскими предприятиями, поскольку для нас один из приоритетов – развитие импортозамещения, появление у отечественных предприятий новых компетенций. К нам, конечно, обращаются и иностранные компании из числа постоянных партнеров российских предприятий. Поэтому мы можем рассмотреть заявки совместных предприятий, где у иностранных партнеров нет контрольного пакета акций. При этом больше шансов будут иметь те СП, где у зарубежных партнеров нет и блокирующего пакета акций. 

– А на компании из стран – членов Евразэс эти подходы распространяются, или же они приравниваются к российским?

– Нет, мы их рассматриваем на общих основаниях с другими иностранцами. Повторюсь, фонд задуман и создан как инструмент российской государственной промышленной политики и ориентирован на поддержку отечественных компаний. Наблюдательный совет фонда возглавляет глава Минпромторга Денис Мантуров.

– Какова отраслевая структура компаний-заемщиков? Как явствовало из официальных релизов периода создания фонда, изначально предполагалось, что предпочтение будет отдаваться машиностроению, также прогнозировалось, что эти кредиты будут востребованы и в пищевой промышленности, и в фармакологии…

– Точнее, вопрос изначально ставился в том, что нам необходимо финансировать хорошие проекты любых отраслей. Я даже обращался в Минпромторг за соответствующими разъяснениями по поводу возможных отраслевых приоритетов. Ответ был таков: главное требование – чтобы проекты обеспечивали быстрый выход на массовое производство, на окупаемость, быстрое решение проблемы импортозамещения в своих сегментах. А отраслевая принадлежность здесь непринципиальна. Что касается вопросов импортозамещения, то здесь делается акцент на замещении товаров из тех стран, с которыми Россия обменивается санкциями. В первую очередь речь идет о нефтегазовом и энергетическом машиностроении, станкостроении, а также о пищевой промышленности. Но прежде всего это должны быть качественные проекты, обеспечивающие возвратность и эффективность вложений. И на данный момент у нас отобрано 20 проектов, и все они – из разных отраслей и сфер: из станкостроения, из производства нефтегазового оборудования, из добычи редкоземельных металлов… Кстати, из этих проектов только один реализуется в Москве, остальные – в регионах.

– Насколько известно, фонд заключил целый ряд соглашений о сотрудничестве, о стратегическом партнерстве с различными фондами и другими институтами развития, а также с правительствами субъектов Федерации…

– …А еще – со всеми 35 технологическими платформами: мы их курируем по поручению Минэкономразвития. Сотрудничаем со всеми, с кем решаем общие задачи развития отечественной высокотехнологичной промышленности. На днях (3 марта – прим. редакции) Фондом развития промышленности заключено соглашение о стратегическом партнерстве с Российским институтом директоров. Будем вместе реализовывать цели внедрения передовых профессиональных стандартов корпоративного управления в практику российских компаний и в конечном итоге повышения международной репутации, инвестиционной привлекательности и конкурентоспособности отечественного бизнеса.

– Вы также практикуете встречи с деловыми кругами регионов – рассказываете о возможностях фонда, приглашаете к сотрудничеству…

– Регионы активно просят нас о таких выездных мероприятиях. Недавно такая встреча была организована в Калуге по инициативе губернатора области Анатолия Артамонова. В зале собрались свыше ста руководителей местных промышленных компаний. Мы и впредь будем практиковать такие поездки, в том числе в регионы, где местные власти всерьез занимаются развитием индустриальных парков. Мы работаем с рядом компаний, расположенных в индустриальных парках. С регионами, где действуют парки, заключаем соглашения о поддержке этих компаний инструментами местных властей – государственными гарантиями, налоговыми льготами и т.д.

– Вы в нашей беседе несколько раз подчеркнули, что фонд нацелен на финансирование проектов, предполагающих на выходе серийное производство. Но ведь многие эксперты утверждают, что наши производители более конкурентоспособны как раз в штучном, уникальном производстве, в кастомизации…

– С одной стороны, можно с этим согласиться. Но, с другой стороны, отечественной промышленности необходимо импортозамещение в массовом сегменте. В станкостроении, например, это в том числе токарно-фрезерные станки. И наше импортозамещение тоже должно быть умным. Высокоинтеллектуальным. И те же станки производить не только для внутреннего рынка, но и поставлять их в третьи страны. А это уже задачи серийного производства.

Распределение поступивших заявок по регионам РФ

Вместе с тем мы помогаем и производителям уникальных продуктов. По поручению Минпромторга фонд участвует в реализации утвержденной постановлением правительства в октябре 2014 г. Программы поддержки инвестиционных проектов, реализуемых на основе проектного финансирования.

Цель программы – создание нового финансового инструмента для российского банковского сектора, способствующего увеличению объемов кредитования предприятий реального сектора экономики на долгосрочных и льготных условиях. Эти кредиты направлены на стимулирование промышленного производства, создание инновационных производств, выпуск импортозамещающей продукции, товаров с высоким уровнем добавленной стоимости. Центробанк под 11% годовых выделяет средства на эти проекты, мы взаимодействуем в рамках этой программы с десятью уполномоченными банками.